Haro, Rioja — Elciego, Araba/Álava
RU- 01Haro, Rioja · 10:04
Аро: первый город с электрическим светом
Город Аро лежит там, где река Тирон вливается в Эбро. В Средние века это была столица графства во главе с родом Веласко — могущественными правителями, чьё влияние распространялось на всю северную Риоху. Но в историю Аро вошёл не только графским титулом. Именно этот город стал первым в Испании, чьи улицы озарились электрическим светом. Когда в других провинциальных городках вечер приносил темноту и масляные фонари, здесь уже горели лампы накаливания — невиданное зрелище для страны, которая ещё привыкала к промышленным переменам. Главный фасад церкви Санто-Томас, созданный скульптором Фелипе Бигарни, был завершён в 1525 году. Его платересковая резьба — тонкая игра света и тени на камне — стала образцом для других храмов Риохи. А барочная колокольня, возведённая архитектором Агустином Руисом де Аскаррагой в 1719 году, вдохновила строителей собора Санта-Мария-ла-Редонда в Логроньо. Каждый год 29 июня на склонах вокруг Аро разворачивается Винная битва — тысячи людей выливают на головы друг друга до пятидесяти тысяч литров красного вина. Праздник приурочен ко дню святого Фелисеса, покровителя города.
- 0210:05
Вино, графство и титул
Представьте себе дорогу, которая петляет по холмам северной Испании, — мимо городка Аро, стоящего у впадения реки Тирон в Эбро, мимо виноградников Риохи, к небольшому поселению Эльсьего в Стране Басков. Сегодня это один из самых знаменитых винных маршрутов Европы, но связь между этими местами уходит корнями в Средневековье. В Средние века Аро был столицей одноимённого графства во главе с родом Веласко. Город, известный по письменным источникам с 1040 года, стоял на берегах Эбро, и его положение делало его естественным узлом для торговли и передвижения. Недалеко отсюда, в 1367 году, произошла битва при Нахере — столкновение войск двух претендентов на трон Кастилии и Леона, Педро Жестокого и Энрике II. Эти земли помнят смену правителей и бурные времена. Но настоящая история, которая связывает Аро, Риоху и Bodegas Marqués de Riscal, — это вино. В 1858 году Камило Уртадо де Амесага, шестой маркиз де Рискаль, получил в наследство винодельни в Эльсьего от своего отца. Он жил в Бордо, когда Совет провинции Алава поручил ему нанять энолога, который мог бы обучить местных виноделов французским техникам. Выбранным экспертом стал Жан Пино, мастер погребов Château Lanessan. Уртадо отправил в Риоху-Алавесу девять тысяч проверенных виноградных лоз сортов Каберне Совиньон, Мерло, Мальбек и Пино Нуар, чтобы экспериментировать на виноградниках, где традиционно выращивали Темпранийо и Грасиано. Маркиз де Рискаль стал первым не-французским вином, получившим почётный диплом на Международной винной выставке в Бордо в 1895 году. Сам же титул маркиза де Рискаль был пожалован Филиппом V Бальтасару Уртадо де Амесага, генерал-лейтенанту, отличившемуся в битве при Зенте. В 2006 году винодельни в Эльсьего превратились в «Город вина» — комплекс, включающий отель Marqués de Riscal, спроектированный Фрэнком Гери, тем самым архитектором, что создал музей Гуггенхайма в Бильбао. Отель был торжественно открыт королём Хуаном Карлосом I в 2003 году. А в Аро каждый 29 июня по-прежнему проходит «Винная битва», где на головы участников выливается до пятидесяти тысяч литров красного вина. Город Аро был первым в Испании, получившим электрическое уличное освещение. А ещё в 1863 году здесь прошла железная дорога Ferrocarril Castejón-Bilbao, связавшая Эбро с побережьем Бискайского залива. Дорога, графство, титул и вино — всё сошлось на этом маршруте, по которому вы сейчас едете.
- 0310:07
Вино и свет Аро
Вы выезжаете из Аро — городка на северо-западе Риохи, где река Тирон, пробежав шестьдесят пять километров от гор Сьерра-де-ла-Деманда, вливается в Эбро. Одиннадцать тысяч человек живут здесь на сорока квадратных километрах, и кажется, ничего особенного — но за этой чертой стоит история, в которой средневековые графы, каменные фасады и пятьдесят тысяч литров вина смешались в один поток. В Средние века Аро был столицей графства под властью рода Веласко — могущественной семьи, чьё имя звучало при королевских дворах. Покровителями города стали святой Фелисес и святая дева де ла Вега, и под их защитой Аро рос — строил дворцы, храмы, мостил улицы, которые в 1975 году были объявлены историко-художественным памятником. Но главное сокровище — это фасад церкви Санто-Томас. В 1525 году мастер Фелипе Бигарни завершил его резной портал — плитереск, испанская версия ренессанса, где каждый камень дышит орнаментом. Почти двести лет спустя, в 1719 году, архитектор Агустин Руис де Аскаррага возвёл над церковью барочную колокольню — и она оказалась настолько хороша, что послужила образцом для других храмов Риохи. В 1931 году церковь получила статус объекта культурного значения — и это было лишь признание того, что все знали и так. А потом Аро сделал нечто неожиданное. Он стал первым городом в Испании, где зажглось электрическое уличное освещение — раньше, чем в Мадриде, раньше, чем в Барселоне. Маленький город на слиянии двух рек опередил всю страну. И есть ещё одно — то, ради чего каждый год 29 июня тысячи людей поднимаются на холмы. Винная битва, Batalla del Vino. Участники в белых рубашках выходят с кувшинами, бурдюками, пистолетами-распылителями — и заливают друг друга красным вином. До пятидесяти тысяч литров. К концу дня все фиолетовые с ног до головы, и земля тоже. Это не драка — это праздник, приуроченный ко дню святого Петра, и корни его уходят в старую распрю соседних поселений, которую когда-то решали кулаками, а теперь решают вином. Аро провожает вас виноградниками и светом — тем самым, который зажёг первым в стране. Дорога бежит к Эбро, и город остаётся позади, но его запах — красного вина и тёплого камня — держится ещё долго.
- 04San Asensio, Rioja · 10:16
Сан-Асенсио: молчаливая тень короля
Сан-Асенсио — маленький муниципалитет в комарке Аро, затерянный среди холмов Риохи. Тысяча двести с небольшим жителей живут на тридцати двух квадратных километрах земли, в тридцати трёх километрах от Логроньо. Но эта тихая земля помнит день, когда по ней прошла война. В тысяча триста шестьдесят седьмом году Педро Жестокий, король Кастилии и Леона, вёл свои отряды через долину реки Нахерилья. Педро заслужил своё прозвище жестокостью к собственным родным: он приказал убить сводных братьев и заточил мать в крепость. В той битве при Нахере его войско столкнулось с силами Энрике Трастамарского — единокровного брата, который хотел отнять у Педро трон. Рядом с Сан-Асенсио лежат Брионес и Сан-Висенте-де-ла-Сонсьерра — такие же тихие муниципалитеты комарки Аро, где виноградники спускаются к реке Эбро. Сегодня здесь правит тишина, и только ветер колышет лозу.
- 05Torremontalbo, Rioja · 10:21
Torremontalbo, Rioja Торремонтальбо: пятнадцать жителей Риохи
Торремонтальбо — крошечный муниципалитет в провинции Риоха, в двадцати шести километрах от Логроньо. Площадь в восемь квадратных километров вмещает всего пятнадцать жителей. Название связывают с башней — «торре» — и фамилией Монтальбо, чей род владел этими землями. Вокруг — холмы Риохи, покрытые виноградниками. Ближайшие соседи — Баньос-де-Эбро, баскское название которого Маньуета напоминает, что Страна Басков начинается буквально за рекой Эбро. Вильябуэна-де-Алава, или Эскуэрнага на баскском, лежит ещё ближе — там более трёхсот человек и десятки виноделен, от семейных подвалов до крупных хозяйств. А Торремонтальбо остаётся точкой на карте, где тишина острее, чем вино.
- 0610:38
Маркиз, который привёз Францию
1858 год. Маленький Эльсьего на юге провинции Алава — крошечный муниципалитет в Стране Басков, шестнадцать квадратных километров, чуть больше тысячи жителей на весь город. Место, затерянное среди виноградников Риоха-Алавесы, где поколения крестьян растили темпранильо и грачиано, делали вино так, как делали его деды и прадеды, — без особой науки, без амбиций, без взгляда за пределы родной долины. Но у этой тихой земли оказался хозяин, которому было тесно в её границах. Камило Уртадо де Аме́сага, шестой маркиз де Рискаль, носил титул, пожалованный ещё королём Филиппом V его предку Бальтасару Уртадо де Аме́саге — генерал-лейтенанту, губернатору Малаги, отличившемуся в испанских Нидерландах и в битве при Зенте. Титул переходил по наследству, и вместе с ним к Камило перешли от отца винодельни в Эльсьего. Но Камило был не просто наследник. Он жил в Бордо — в центре мирового виноделия, в краю, где вино давно стало не ремеслом, а наукой и искусством. Именно там, в Бордо, Провинциальный совет Алавы нашёл его и дал поручение: нанять энолога, который научит местных виноделов техникам Медока. Камило выбрал Жана Пино — погребного мастера Château Lanessan, — и от имени Совета подписал с ним контракт. А затем совершил поступок, который определил всё: отправил в Риоха-Алавесу девять тысяч сертифицированных лоз. Каберне Совиньон, Мерло, Мальбек, Пино Нуар — французские лозы, которые должны были прижиться на испанской земле рядом с местным темпранильо. Эксперимент начался. В 1858 году Камило основал винодельню «Эредерос дель Маркес де Рискаль» — «Наследники маркиза де Рискаль» — и применил к ней техники, которым научился во Франции. Он нанял Жана Пино на полную ставку — тот ушёл из депутации и посвятил себя полностью делу маркиза. Девять тысяч лоз. Французский мастер. Испанская земля. И человек, который поставил на кон свой титул, наследие и веру в то, что вино из крошечного Эльсьего может…
- 07Baños de Ebro/Mañueta, Araba/Álava · 10:41
Баньос-де-Эбро: два имени на земле басков
Баньос-де-Эбро — или, на баскском, Маньуэта. Один посёлок, два имени, и за каждым — свой язык, своя память. Здесь, в Риоха-Алавесе, эти два мира живут бок о бок. Триста двадцать девять человек — перепись две тысячи десятого года — называют этот клочок земли в девять с половиной квадратных километров своим домом. До Витории-Гастейса, столицы провинции Алава, сорок пять километров на север. А вокруг — виноградники. Риоха-Алавеса, один из главных винодельческих краёв Испании, раскинулась по южным склонам Сьерра-де-Кантабрия. Соседняя Вильябуэна-де-Алава, что в трёх километрах восточнее, держит сорок восемь виноделен — от крошечных семейных до тех, что отгружают вино цистернами. В её центре стоит одна из старейших и наиболее украшенных церквей Страны Басков. Саманиего, чуть западнее, весь в виноградниках, поднимающихся к подножию гор. Вся эта земля — баскская по языку, испанская по государству, риохская по вину. Баньос-де-Эбро лежит прямо посреди неё — небольшой посёлок с двумя именами на одном холме.
- 08Elciego, Araba/Álava · 10:46
Эльсьего: вино и архитектура
Эльсьего — муниципалитет на юге провинции Алава, в самом сердце Риоха-Алавесы. Место, где баскское имя Эльциего соседствует с испанским, а виноградники простираются на шестнадцати квадратных километрах. Тысяча пятьдесят один человек живёт здесь, в сорока шести километрах от административного центра провинции. Главная церковь города — Iglesia de San Andrés — была объявлена объектом культурного интереса в тысяча девятьсот восемьдесят четвёртом году. Но истинную мировую известность Эльсьего принёс Hotel Marqués de Riscal, открывшийся в две тысячи шестом году. Его спроектировал Фрэнк Гери — архитектор, чьё имя связано с музеем Гуггенхайма в Бильбао. Титановые пластины, изогнутые стены, игра света — Гери превратил винный отель в скульптуру, видимую за километры. Ресторан отеля отмечен гидом Мишлен и удостоен солнца гида Репсол. Здесь виноделие Риохи встречается с архитектурой XXI века.
- 09Elciego, Araba/Álava · 10:49
Эльсьего: церковь на краю виноградников
Эльсьего — небольшой муниципалитет в Риоха-Алавесе, всего шестнадцать квадратных километров земли среди пологих холмов. Тысяча пятьдесят один человек живёт здесь, в краю, где баскское имя Эльциего соседствует с испанским Эльсьего. В центре посёлка стоит церковь Сан-Андрес — каменный храм, чьи стены помнят века служб. В тысяча девятьсот восемьдесят четвёртом году государство признало её памятником культурного значения. Ветер с Сьерра-де-Кантабрия приносит сюда запах виноградников, которые окружают посёлок со всех сторон. Сорок шесть километров отделяют Эльсьего от административного центра провинции — достаточно далеко, чтобы сохранить собственный ритм жизни. Жители говорят на двух языках, и оба равно свои — испанский для будней, баскский для корней.